О золоте лесов, странных маршрутах и рогатых оленях

С золотом лесов нам не повезло – его не было.
В середине октября ударил морозец, листва  наполовину ссохлась-скукожилась и опала.
Сделав невидимыми,
между прочим, все тропы.
Шли мы к каньону со стороны
Соколиного семь километров,
затем  еще почти столько от устья,
ноги подустали и никак не хотели  узнавать
вроде бы знакомые места.
Но глаза впитывали в себя краски.
Вместо золота полупрозрачный лес
играл сдержанными цветами каштана,
свеклы и ржавчины.
Вспыхивая иногда винегретом багровых,
рыжих, апельсиновых, салатных
с цветными прожилками
и откровенно зеленых пятен.
Кроны не шевелились.
Тишина стояла потусторонняя,
только под ногами сочно хрустел
ржавый ковер.

И вот среди этой тишины на спуске в овраг, который никто из нас не опознал, раздался натуральный рев. “Одичавшие собаки!” – была первая мысль. Крымчане рассказывали нам об этом, недавно ставшем грозным, бедствии. Но псы лаяли бы стаей, а здесь рев одиночный. Вот опять повторился. И еще... А потом стало ясно слышно, как кто-то могучий ломится через кустарник. Да нет, последнего медведя в Крыму убили в 60-х годах. Наверное, олень. Но вздохнуть облегченно не удалось. Октябрь-ноябрь – период гона. А когда рогатый красавец ищет подругу, характер у него очень меняется не в лучшую сторону.
Короче, струхнули мы здорово. Успокаивая себя тем, что намаялись и разведали новые тропы, а день нынче короток, пора бы до темени вернуться до дому-до хаты – развернулись на 180 градусов и помчались вверх  по склону, наверное, не хуже того оленя. Зато на обратном пути чуть не у самого села увидели стайку маленьких косуль – эти пугливы даже в любовную пору и рассыпались у нас на глазах по густому кустарнику.
Странные люди сочиняют турмаршруты, обозначенные на картах! Казалось бы, если уж вести пешеходника по верху Большого каньона, то именно там, где он наиболее впечатляет. Ан нет. На следующий день, вскарабкавшись на косогор, четко обозначенный как маршрут № 52, мы стали углубляться в непролазные дебри, огибающие какие-то котловины, ложбины и овраги. С утра верхушки гор  были покрыты изморозью, и на подъеме инеем покрылись и наши головные уборы. Нахмурилось. А время идет. В конечном итоге едва видные указатели пропали, и мы растерялись среди паутины засыпанных листвой промоин, каждая из которых напоминала тропу. В тот момент ответить на простой вопрос: “А где же Каньон?” – я не смогла.
Мы рассыпались по глухому лесу и... совершенно неожиданно выскочили на дорогу с голубыми маркерами, явно ведущую к источнику. Наверное, к стоянке Бойко. А еще сто метров и поворот – вот и Коровий грот! Тут и солнце выглянуло, словно в награду за нашу настойчивость.
Правда, радовало нас светило недолго. Возвращаясь к Почтовому дубу торной тропой вдоль красивых скальных обрывов, мы уже не видели вершин противоположного борта каньона – его проглотила тяжелая туча. А на Юсуповской тропе, ведущей к Соколиному по склону горы Бойко, нас накрыл дождь со снегом [или снег с дождем?] Но выбравшись к знакомым местам [таки запомнили ориентиры за двое суток хождения взад-вперед], мы спокойно поедали бутерброды, сидя под корнями поваленного дерева и совершенно не обращая внимания на стекающие за ворот струйки. Нас ждали тепло дома и баня.
Жаль, что разгулявшаяся непогода не позволила побродить у «ванн» Коккозки, сходить к водопаду Серебряному, просто посидеть в лесу. Значит, в эти края еще предстоит вернуться...

Анна Чуприна